«Тихий шорох уходящих шагов»: премьера в абсолютной тишине

Брестский академический театр драмы и его зритель воссоединились после вынужденного из-за COVID-19 перерыва в несколько месяцев. Возвращение состоялось сразу двумя премьерами: 5 июля публика увидела спектакль «Не покидай меня…», а 8 июля зрителю представили драму «Тихий шорох уходящих шагов».

 

Брестский режиссер Денис Федоров «вывел» на сцену пьесу современного белорусского драматурга Дмитрий Богославского. Его произведение заметили на Фестивале молодой драматургии «Любимовка-2012» – драма вошла в число победителей. В 2013-м победила в интернет-голосовании на проекте «Новая пьеса» Всероссийского театрального фестиваля «Золотая маска». С тех пор спектакль активно ставится на сценичных площадках в разных странах. Теперь свое прочтение пьесы зрителю предложил и наш театр.

 

По настроению публики у дверей театра, в фойе, а потом и в зале, по репликам, взглядам было очевидно – люди соскучились по театру. И как же они были благодарны артисткам за возвращение в мир искусства, которое заставляет переживать, думать, учиться…

 

 

Премьера пьесы драматурга, так называемой «новой волны», Дмитрия Богославского прошла в абсолютной тишине, так что показалось – ты единственный зритель. Зал словно не дышал, хотя спектакль проходил при аншлаге – все билеты на то количество мест, которое предусматривало социальное дистанцирование в условиях все еще неблагополучной эпидемситуации, были проданы. Постановку брестчане назвали «Сон», снабдив возрастным кодом 18+, но зрители и не помышляли о сне. Они чутко прислушивались к «Тихому шороху уходящих шагов». Ведь не просто так за пьесой Богославского закрепилось мнение театральных критиков, что она «возможно, одна из самых необычных и сложных пьес, написанных на постсоветском пространстве за последние годы».

 

Формально в рассказанной истории ничего необычного нет. Ситуация, знакомая по жизни: была семья (большая когда-то), дети разъехались, родители умерли, остался дом, превратившийся из родового гнезда в объект дележки и споров наследников. Но спектакль-сон гораздо глубже и шире этой житейской коллизии. В его основе – чувства человека, пережившего невосполнимую потерю.

 

 

Александр – бывший офицер. Он вернулся в пустой родительский дом. Мучимый чувством вины за что-то недоделанное, недоговоренное с родителями, прежде всего с отцом, он пытается объясниться с ним. Сны так плотно переплетены с действительностью, вызванные из глубин сознания образы так сливаются с существующими в реальности людьми, что держат внимание зрителя, то ускоряя, то замедляя его мыслительный процесс.

 

Думать, думать, думать – призывают актеры и позволяют собирать мозаику чувств своих героев в цельную картину мироздания. И тебе хочется успокоить мечущегося в бессилии Александра – Сасика (артист Вячеслав Цыцковский); и попросить быть открытым перед сыном отца (Сергей Петкевич), а его другу и соседу Юрасику (Николай Маршин) подсказать, какие слова жаждет услышать главный герой. Еще одернуть сестер (Татьяна Зеленко, Ольга Жук, Татьяна Юрик) и мужа одной из них (Сергей Кондратюк) в их бессердечии к брату и четвертой сестре Анне (Татьяна Василькова), не согласным с идеей продажи родительского дома. В хаосе воспоминаний и сновидений разобраться главному герою пытается помочь медиум или психолог Альберт (Геннадий Чуриков). Но из реального ли он мира или это лишь плод смутных видений Александра?

 

 

В клубок эмоций, чувств, радости, боли, воспоминаний, непонимания, надежды сплетены нити судеб и предназначений героев. И из этого клубка есть только одна ниточка, которая может помочь распутать его и приведет к истине. Но увидят ли ее герои пьесы? Увидит ли зритель? Ведь в спектакле много символов. Они неизбежны, если речь идет о сокровенном.

 

Именно об этом говорят и драматург Дмитрий Богославский, и режиссер-постановщик Денис Федоров, и художник-постановщик Николай Полторака, и художник по костюмам Татьяна Корвякова, и актеры. По ходу действия колодец – источник живительной влаги превращается в портал в мир загробный. Он – место очищения, и он же скопище грязи и мрака. Вместо сигарет – свистульки, вместо дыма – свист, как сигнал терпящих бедствие  или потерявшихся людей. Каркас дома при повороте сцены уже храм, еще поворот – надгробия родителей. Лавка, где спал герой, становится столом для поминальной трапезы, потом снова спальным местом, потом массивным бюро, за которым решается судьба родительского дома…

 

 

Во всяком превращении есть смысл, всякое перевоплощение дает зрителю еще один фрагмент мозаики и шанс прочувствовать эмоции героев, совместив их со своими. 

 

В спектакле есть зеркальные сцены: когда один и тот же эпизод, одинаковый по сценическому движению, репликам, оформлению, реквизиту повторяется с изменением ролей героев. И вот уже слова отца говорит сын, и он отогревает дыханием его замерзшие руки. Таких «перестановочных» моментов в спектакле несколько. Хочешь не хочешь, а начинаешь думать, как непредсказуемо может измениться жизнь человека, и он окажется на месте другого, его роль станет твоею и наоборот.

 

 

Со звуком падающих в жестяное ведро капель воды из умывальника приходит ощущение пережитого – утраты, недосказанности, а может, и недолюбленности. Открывается зыбкость миров – тут и там, соприкосновение жизни и смерти обретает конкретные черты и размытое пятно трансформируется в четкую картину. Но, как ни странно, философия спектакля один в один совпадает с философией жизни, простой и понятной. Может, это оттого, что драматург не придумывал, не сочинял, а изложил фрагмент знакомой не только ему, но и нам реальности. Виртуозное бытописание повседневности – это куда сложнее самых навороченных фантазий! Фантазии – не проверишь, а вот твое личное бытие во времени, в социуме и без лупы разглядеть можно. А прочувствовать?

 

В одном из интервью Денис Федоров сказал: «На мой взгляд, современная драматургия обязательно должна быть представлена в театре. Пьеса «Тихий шорох уходящих шагов» затрагивает проблемы нашего общества. Например, поднимается тема семьи и взаимодействия поколений, противопоставление материальных и духовных ценностей. Показаны внутренние и внешние конфликты человека».

 

 

«Не понимаю» – часто звучит в спектакле. «Ты меня любишь?» – и в озвученной, и в немой форме этот вопросы как детонатор – взрыв неизбежен. Будь-то едва ли не драка героев или просыпание в холодном поту.

 

Так сон или кошмары терзают Сасика? Придите, посмотрите, разберитесь. И прочувствуйте! Оно того стоит!

 

 

Светлана ТОБОЛИЧ

Фото Марины ЛЕШКЕВИЧ

Опубликовано: 07:02 - 10.07.2020г.
Поделиться новостью