Произведенный в закрытом помещении выстрел чреват вероятностью косвенного поражения не заданной цели – объекта, находящегося где-то поблизости, а то и вообще в стороне. Именно в таком не самом безопасном и спокойно-уверенном положении оказались бывшие прибалтийские «сестры» по Советскому Союзу, а ныне – по всем показателям не первой величины государства ЕС после запуска очередного пакета санкций против Беларуси, которая также была и остается для них не чужой. И в том – их собственная, а не белорусская вина.
Пожалуй, главный повод для раздумий и соответствующих арифметических подсчетов – насколько тяжело придется экономике Беларуси без морских портов Балтики и – наоборот. С одной стороны, как сообщается на сайте RUBALTIC.RU, транспортировать белорусские нефтепродукты запрещено как через Клайпеду, так и через Ригу, Вентспилс и Лиепаю. Но с другой – для нашей республики это не должно стать большим ударом: Российско-белорусское соглашение о перевалке нефтепродуктов выполняется с опережением графика – порты Ленинградской области с готовностью примут дополнительные объемы продукции Мозырского и Новополоцкого НПЗ, свободные мощности у них имеются, логистические схемы налажены.
Заявления литовской стороны пока что напоминают чуть ли не победные реляции. По словам генерального директора Клайпедского порта Альгиса Латакаса, это из самых диверсифицированных портов в регионе, поэтому даже при рыночных колебаниях грузооборот порта продолжает расти. Вновь введенные санкции повлияют на работу порта, однако тут надеются, что они не будут значительными и не повлияют на грузооборот таким образом, чтобы он не был компенсирован ростом других групп грузов. Пыл восторженных ожиданий охлаждают эксперты, не без оснований полагающие, что новые грузы вместо белорусских быстро и просто найти не получится, а механизмы компенсации в бюджете Литвы тоже вряд ли появятся.
При любом раскладе, в большей или меньшей степени чувствительности, санкции, ориентированные на Минск, неизбежно ударят рикошетом по Прибалтике. Владелец клайпедского терминала сыпучих грузов Игорь Удовицкий заявил, что потеря белорусского транзита вызовет эффект домино: «Деловые связи, логистические модели разрушатся не только в порту, а по всей Литве. Проблематичными станут транспортные связи с Украиной, а это сотни тысяч тонн грузов. Это грозит и транспортному взаимодействию с Россией и Центральной Азией, так как основную часть данных грузов везут транзитом через Беларусь». По словам Удовицкого, из-за санкций литовские компании потеряют сотни миллионов евро, работы лишатся десятки тысяч литовцев.
Не менее удручающая картина просматривается и по другим направлениям. Общие потери «Железных дорог Литвы» (Lietuvos geležinkeliai) от введенных Брюсселем санкций в отношении Беларуси могут составить до 100 млн евро: это примерно треть всех доходов, из которых две трети приходится на перевозку минеральных удобрений, остальное – на транзит нефтепродуктов.
Как будет развиваться ситуация дальше? Как вариант – сначала проблему попытаются перевести в политическую плоскость, чтобы привлечь к ней максимум внимания. По мнению аналитиков, сегодня Литва стоит на пороге транзитного кризиса, который наблюдается в соседней Латвии. Сценарий, скорее всего, будет таким же. Сначала прибалтийская республика попытается удержать белорусские удобрения, будет искать контакты с официальным Минском и акцентировать внимание на том, что Клайпеда предлагает грузоотправителям самые выгодные условия сотрудничества, затем пригрозит Минску серьезными последствиями за переориентацию транзита. Ну и под занавес литовские правительственные чиновники, видимо, договорятся до того, что потеря продукции «Беларуськалия» для Клайпедского порта – это даже хорошо, дескать, мы и сами хотели заняться диверсификацией и уменьшить в процентном соотношении долю белорусских грузов, и это не кризис, а продуманная «перестройка» транзитной отрасли Литвы. Самостоятельные шаги субъектов хозяйствования по преодолению кризиса, который маячит уже не на дальнем горизонте, также вряд ли приведут к желаемому позитивному эффекту.
Представитель «Железных дорог Литвы» Мантас Дубаускас в своем выступлении сообщил, что компания ведет работу по диверсификации грузовых перевозок, однако уже сейчас можно предположить, что труды литовских железнодорожников окажутся напрасными. Сухопутные границы Литвы проходят с Беларусью и Калининградской областью Российской Федерации, в сторону Калининграда ходит так называемый калининградский транзит. Вильнюс может попросить Москву увеличить интенсивность поставок, но российскую сторону этот запрос ни к чему не обязывает, поскольку поведение Литвы по отношению к Беларуси ровно такое же, как и к России.
Примечательно, что литовские политики были прекрасно осведомлены о негативе последствий санкционного «рикошета» и, тем не менее, пожертвовали интересами и благосостоянием собственных сограждан в угоду продолжения борьбы с белорусским «режимом».
Выход из тупиковой ситуации для прибалтийских политиков видится только в очередном обращении к «старшим братьям» с просьбой о компенсационных выплатах.
И вот тут нельзя не отметить очевидный момент: у распределителей бюджета Европейского Союза есть как минимум две веские убедительные мотивации отказать в данной просьбе.
Первая – несогласованность действий Литвы по белорусскому вопросу с Евросоюзом. Здесь уместно напомнить, что в августе прошлого года прибалтийские страны не стали дожидаться решения ЕС, а ввели свои ограничения против Минска. Вильнюс даже грозил Брюсселю «самыми острыми мерами», если тот будет медлить с общеевропейскими санкциями. Позже Литва добивалась расширения ограничительных мер. «Мы инициировали этот разговор. Мы считаем, что ЕС не может идти на компромисс в вопросе демократических ценностей и защиты прав человека», – говорил упоминаемый ранее Науседа.
Вторая – литовский обход традиционной западной политики экономического прагматизма. Принимая очередной пакет санкций против Беларуси, коллективный Запад учитывал определенные нюансы во избежание ущерба своим собственным выгодам. Стало очевидно, что ЕС опасается серьезных ограничений в области финансов, так как могут пострадать и европейские интересы. Не случайно главным лоббистом мягких мер оказалась Австрия, чей бизнес довольно широко представлен в Беларуси, где работает один из крупнейших коммерческих банков – Приорбанк, который входит в группу Raiffeisen Bank. Запад решил не трогать и сферу деревообработки, исходя из того, что в нашей республике работает ряд крупных европейских компаний, связанных с данной отраслью. Также в Европе посчитали необходимым защитить и без того напряженный рынок древесины от дальнейшего дефицита, а потому санкции на данном направлении не устраивают Европейский Союз. А вот Вильнюс сделал, пожалуй, все мыслимо возможное, чтобы не просто дистанционироваться, а разорвать все отношения с официальным Минском: в частности, именно в литовской столице обосновалась небезызвестная Светлана Тихановская, кроме того, Литва открыла границу и заявила, что готова принять тех, кто «бежит от политического давления», выдавая разрешения на временное проживание.
А ведь никаких проблем – надуманных, искусственно созданных и намеренно спровоцированных – могло бы и не быть. По итогам 2019 года товарооборот Литвы и Беларуси составил $1,5 млрд, по итогам 2020-го – $1,3 млрд. В нашей стране в 2019 году функционировало 575 компаний с литовским капиталом, реализовывались инвестиционные проекты, среди них и крупные, в частности строительство деревообрабатывающего комплекса в Витебске. В том же Клайпедском порту в 2020 году было обработано 15,6 млн т белорусских грузов – 32% годового грузооборота гавани, за счет их перевалки в Клайпеде бюджет Литвы пополнился на 155 млн евро, что составило 1,4% от всех поступлений. Только транспорт, транзит и логистика формируют 9 – 12% ВВП Литвы, в этих сферах примерно треть создается благодаря Беларуси. Так зачем рушить налаженное?
Увы, по сути, Литва оказалась заложником собственной политики. «Одна из основных теорий международных отношений – реализм. Она утверждает, что государства действуют, исходя из своих объективных интересов. Поведение Литвы – хороший пример того, что реализм работает не всегда. Руководство республики рассчитывало, что белорусская оппозиция победит, а потому разругались с Александром Лукашенко. Тот сохранил власть, но литовские политики уже не могут сдать назад. Теперь им приходится продолжать играть в непримиримое противостояние, постоянно повышать ставки», – поясняет президент Российской ассоциации прибалтийских исследований Николай Межевич.
Евгений ЛИТВИНОВИЧ
