Впечатления от увиденного в лагере беженцев на белорусско-польской границе в Гродненской области никого не оставят равнодушными – за исключением политиков Варшавы.
В дыму и тумане
11 ноября, в четвертый день стихийно-массового «расквартирования» внушительного количества мигрантов прямо на линии разграничения двух государств – Беларуси и Польши – Гродненская пограничная группа продолжала нести службу в усиленном режиме, предполагающем экстренную мобилизацию всех сил и средств в зависимости от обстановки. На тот момент, помимо неопределенности дальнейшего развития событий, ее усугубило еще и заметное ухудшение погодных условий.
К моменту приезда корреспондентов Zarya.by уже было абсолютно очевидно, насколько по-разному ведут себя, находясь в эпицентре данной темы, обе стороны. Польская лишь усугубила проблему, сначала вытолкнув мигрантов обратно, применяя насилие и используя слезоточивый газ против гражданских лиц, в том числе женщин и детей, а затем, в девять часов следующего дня, и вовсе в одностороннем порядке перекрыв располагающийся неподалеку международный автомобильный пункт пропуска «Брузги». Белорусская же, напротив, не стала препятствовать обустройству оставшихся тут же, на месте, людей, которым больше было некуда идти, разрешив использовать для обогрева произрастающую рядом, в считанных шагах, древесную и кустарниковую растительность: данный жест гуманности в первую и последующие ночи в буквальном смысле позволил спасти не одну человеческую жизнь.
В четверг утром Гродненщину плотным одеялом накрыл густой молочный туман. С приближением к цели журналистской командировки к нему все сильнее стал примешиваться дым множества костров – продирающий горло, мгновенно накрепко впитывающийся в одежду. Чем ближе, тем труднее становится дышать, а у самого лагеря это почти невозможно – гремучий дымный «коктейль» так силен, что слезятся глаза.
Суровая реальность
На подходе путь к выросшему практически в одночасье лагерю, чье количество проживающих сопоставимо с населением среднестатистического белорусского поселка городского типа, контролируют несколько групп силовиков в полной экипировке. Отсюда сверху картина происходящего внизу кажется некой фантмасгорией, декорацией фильма на военную или постапокалиптическую темы: однако, увы, перед нами самая что ни на есть суровая реальность.
Неширокое пространство лагеря сильно вытянуто в длину – ориентировочно на метров 500 – 700, что создает высокую плотность проживающих: здесь размещается, согласно разным оценкам, примерно от двух до трех тысяч человек разных возрастов, национальностей, стран происхождения. Больше всего – курдов из Ирака. По правую сторону от начала – уже изрядно прореженные «гребни» лесонасаждений, параллельно им – цепь в одиночку и группами постоянно следящих за порядком силовиков. По левую – жилой сектор, который таковым можно назвать лишь для образности и сравнения. Практически вплотную он упирается в установленное польским военным ведомством проволочное винтовое заграждение, напоминающее известную спираль Бруно, по потребностям военного времени обычно используемую против пехоты и кавалерии. За рядами витков проволоки с польской стороны пока что бездействует водомет, поставленный сюда в явных целях предупреждения и устрашения: примени его при нынешней уличной температуре против мирных безоружных людей, и их здоровье и жизнь окажутся под еще большей угрозой.
Некоторые беженцы подходят вплотную к заграждению, неподвижно застыв, подолгу вглядываются в сторону Евросоюза. Остальные, отвлекшись от неосуществленной мечты, озабочены насущными делами: одни утепляют еловым лапником стены импровизированных наспех возведенных жилищ, вторые методично и упорно вбивают в мерзлую землю деревянные сваи-столбы, видимо затем, чтобы закрепить поверх кусок какой-нибудь подходящей материи: так получается импровизированный шалаш. Третьи тянут по «месту жительства» стволы-бревна, которые, выкладываясь в различных геометрических комбинациях, образуют «зоны отдыха» из лавочек, на которых сидят прижавшись вплотную…
Определенным контрастом рядом с возводимыми «кварталами» такой импровизированной «жилой застройки» высятся шатры туристических палаток, условия проживания в которых также никак не соответствуют необходимым.
Помимо обеспечения топливом, белорусской стороной решена и другая, не менее важная насущная проблема. По центру лагеря проходит столь же импровизированная пешеходно-транспортная «магистраль», по которой одинаково сложно и пройти, и проехать, но тем не менее она вполне заслуживает называться дорогой жизни: по ней предприятие «Гродноводоканал» ежедневно с определенными временными интервалами доставляет железные бочки с питьевой водой к которым выстраиваются огромные очереди.
Обманчивое спокойствие
На первый взгляд, жизнь в лагере потихоньку налаживается: местные жители неспешно ходят друг к другу в гости, здороваются, обмениваются новостями, выучив по-русски слова «привет» и «спасибо», без позерства, и, не отводя глаз, смотрят в направленные телекамеры и фотообъективы, прося взамен сигарету. В этих взглядах терпение и готовность к безграничному ожиданию, словно эти люди полностью вверили свои судьбы высшим силам и далеким от них большим политикам.
Однако за внешним спокойствием все явственнее просматриваются проблемы, которые необходимо решать, как можно скорее, в экстренном порядке. Голод, холод и бедственное положение порядка пятисот детей, начиная от грудного возраста: не каждый из них обеспечен соответствующей сезону холодов одеждой и обувью.
Как всегда, в непростой ситуации необходимую помощь и далее будет оказываться белорусской стороной, – причем самая разная, и на разных уровнях, включающая не только подвоз продуктов питания и теплых вещей. Сегодня мигрантов все чаще беспокоят простудные заболевания, низкое давление, и эти просьбы белорусские пограничники тут же переадресуют медикам. Необходимо отметить, что у пункта пропуска «Брузги» все эти дни несет круглосуточное дежурство бригада «скорой помощи», готовая к срочным вызовам и доставке нуждающихся в лечении госпитализации в соответствующие медицинские учреждения.
А что польская сторона? Куда подевалась человечность у «людей» по ту сторону границы, которые в основной своей массе именуют себя католиками? Почему страна-член Евросоюза делит беженцев на правильных и неправильных? Почему им можно вести информационную и гибридную войну против других стран, а отвечать им на это просто непозволительно? На все эти вопросы ответы сегодня очевидны. Польская сторона при поддержке своих западных партнеров заигралась в политику, а человеческие жизни для нее в данный момент лишь способ решать свои проблемы.
Ситуация на границе складывается очень непростая и даже опасная. Но несмотря на это, важно, чтобы весь мир увидел, кто есть кто на самом деле в западном мире. И никакие фейки, которые польские СМИ публиковали в августе 2020-го и продолжают плодить сейчас, их репутацию уже не спасут.
Евгений ЛИТВИНОВИЧ
Фото Валерия КОРОЛЯ
