Надежда Кирилловна Шаровская (Гловацкая) умерла 23 января 2014 года на 91-м году жизни. Но остались ее воспоминания о начале Великой Отечественной войны, которые и по сей день не потеряли своей ценности и актуальности.
Надежда Шаровская (Гловацкая) в 1941 году – жительницы деревни Гершоны Брестского района – свидетельствовала:
– Война застала нашу многодетную семью в деревне Гершоны под Брестом. 21 июня в субботу часов в пять вечера неожиданно запылали стога в пойме Западного Буга, а за ними – дома в соседней деревне Котельня-Боярская. Позже люди говорили, что их подожгли зажигательными пулями с противоположной стороны Буга, где уже готовились к броску немецкие войска.
Мы, дети – я, Вера и Владимир – бегали смотреть на пожар, поэтому уснули поздно. Старшая сестра Евдокия, братья Пимен и Михаил жили отдельно своими семьями и, как все мы, заснули в тревожном ожидании.
А утром спозаранку началось… Во дворе нашего дома, в деревне, в ближайших окрестностях стали разрываться снаряды. Дрожала от взрывов земля, дребезжали в окнах стекла.
Отец, Кирилл Федорович, бросился выгонять из сарая корову, заодно прихватил и соседских, стал гнать их из села. Мама, Наталья Калистратовна, схватила нас, детей, в охапку и спряталась в сарайчике, затем все перебежали в рожь за околицей.
Невестка Ольга – жена брата Василия (она умрет в 1942 году при родах) – выбежала на крыльцо, и тут же осколком ей перебило ключицу. Кровью залило платье…
Незаметно рассвело. Прошло еще какое-то время, и в деревню нагрянули оккупанты. Немцы прикатили пушку, установили ее возле нашей хаты и стали прямой наводкой «долбить» артсклад, так называемую пороховню, которая располагалась неподалеку. Вышибли стальную дверь, согнали местных жителей: мол, ступайте с ультиматумом к советским бойцам, засевшим в пороховне, пусть выходят и сдаются… А наш отец еще ночью туда пробрался, вывел раненых бойцов, переодел их в гражданское платье и проводил окольными путями за деревню. Дескать, спасайтесь, возвращайтесь бить врага…
Так для нашей семьи началась Великая Отечественная война.
В 1943-м году нашего отца, Кирилла Федоровича Гловацкого, за связь с партизанами фашисты казнили, продержав около месяца в застенках Брестской тюрьмы, а затем расстреляли в районе форта № 3, на месте нынешнего электромеханического завода.
Фамилия Кирилла Гловацкого, рабочего кирпичного завода, значится в книге «Память», посвященной городу Бресту.
Мой брат Василий, связной партизанского отряда имени Ворошилова, был тоже схвачен фашистами и отправлен в Германию. Однако ему удалось бежать и продолжить борьбу с врагом в отряде народным мстителей. Погиб он в 1945 году на берегах Одера.
Еще раньше ушли в лес к партизанам брат Владимир и сестра Евдокия с мужем – Романом Борисюком, секретарем Гершоновского сельского Совета. Моя сестра Вера тоже находилась в партизанском отряде до прихода советский войск. Были они в семейном лагере под деревней Медно.
Брат Владимир после партизанского отряда воевал в регулярных частях Красной армии, вернулся с фронта, хоть израненным, но живым. А брат Николай пропал без вести.
После освобождения Бреста от фашистских захватчиков я работала санитаркой в военном госпитале, развернутом в Южном городке.
Из восьмерых детей нашей большой семьи на сегодня осталась в живых одна я. Зато есть внучки и правнуки. Самую маленькую правнучку назвали в мою честь – Надеждой…
Вечная слава павшим героям!
Записал Александр ВОЛКОВИЧ, г. Брест
