Накануне Дня Конституции «круглый стол» Zarya.by собрал хорошо известных читателям издания политологов и историков. Об актуальных моментах общественно-политической ситуации с директором – главным редактором «Зари» Игорем ГЕТМАНОМ ведут беседу директор областного лицея имени П.М. Машерова Геннадий ИВАНЧИН, ректор Брестского областного института развития образования кандидат исторических наук Анатолий МОЩУК, начальник отделения по Брестской области Белорусского института стратегических исследований кандидат политических наук Эдуард СЕВЕРИН.
Игорь ГЕТМАН:
– Чем было вызвано обновление Конституции? Принципиально ли обновленный вариант отличается от предшествующих?
Геннадий ИВАНЧИН:
– Обновление Конституции – это закономерный процесс. Всегда была историческая целесообразность. После распада Советского Союза и во время становления Республики Беларусь была необходимость в большей централизации для преодоления кризисных явлений. Эти проблемы решались довольно долго, поскольку во избежание потрясений был избран эволюционный путь.
К чему же ведут те изменения и дополнения, которые были внесены в результате референдума год назад?
Сейчас мы имеем эффективную политическую систему, которая не требует больших полномочий одному должностному лицу. Сейчас в результате этого эволюционного исторического развития появилась необходимость создания такого органа народовластия, как Всебелорусское народное собрание, когда можно посоветоваться всей страной, всей белорусской землей, как это было заложено нашей исторической традицией.
Повторюсь: новый вариант Конституции – это закономерность, это своеобразная черта под тем эволюционным периодом, который прошла Беларусь с момента становления как социальное государство.
– Через год должно начать работу Всебелорусское народное собрание. Сама идея Собрания – это возвращение к национальным традициям народовластия?
Анатолий МОЩУК:
– В определенной степени да. Оно позволит услышать волеизъявление народа в рамках правового поля. А всё, что проходит в правовых рамках, объективно служит стабильности общества. Это своеобразный индикатор реагирования на проблемные точки в обществе, который должен мониторить общество, чувствовать вызовы времени и, соответственно, принимать решения.
Подобные примеры мы можем наблюдать в различных современных политических системах – будь то на Западе или на Востоке. Но, безусловно, при необходимости можем ссылаться и на исторические традиции, начиная от вечевых, сеймовых и т.д. То есть государство в чем-то интуитивно создает стабилизирующие общество институты.
– Начавшийся процесс можно рассматривать как демократизацию общественно-политической жизни?
– Безусловно, поскольку предусматривает более широкое вовлечение народа в политическую жизнь, чем ранее.
Эдуард СЕВЕРИН:
– Ранее мы вкладывали в понятие «гражданское общество» самое широкое толкование. Сейчас юридически констатируем, что такое институты гражданского общества с политико-правовой точки зрения. На мой взгляд, существующий вариант Конституции в значительной степени упорядочил, конкретизировал политический вектор развития страны.
– Я бы обратил внимание не столько на далекое историческое прошлое, сколько на современную Беларусь. Мы имели опыт проведения Всебелорусских народных собраний, но статус такой формы народного представительства не был конституционно закреплен. Поэтому я лично вижу в нынешнем статусе ВНС логическое развитие инициативы, заложенной еще в девяностые годы Главой нашего государства Александром Лукашенко.
А что касается примеров в современных политических системах, которые упомянул Анатолий Васильевич, то я бы в качестве образца вспомнил бы Всекитайское собрание народных представителей, которое отличается по полномочиям (законодательный орган), но по представительству различных социальных групп напоминает ВНС. Я уверен, что китайский опыт учитывался нашими законодателями.
– Все-таки мы находимся в зоне влияния европейской цивилизации. И я хотел бы отметить, что мы проходим те этапы, которые неизбежны и закономерны странам и народам в рамках этой цивилизации. Однако утверждение, что европейцам присуще стремление к демократии, а народам Востока – к деспотии, не более чем стереотип, хотя и стереотип опасный. В моменты кризисные или переходные европейское общество вполне способно востребовать жесткую централизованную форму правления. Хотим мы это признавать или нет, но авторитаризм на определенных исторических этапах востребован и оправдан.
– Всебелорусское народное собрание – это своего рода гигантская диалоговая площадка, в рамках которой могут объединить усилия представители совершенно разных групп общества и ветвей власти. В рамках компетенций, которые на него будут возложены, это реальный институт укрепления демократии, не подменяющий собой иные структуры общества и государства.
– В марте Президент подписал Закон о политических партиях. Все партии должны пройти перерегистрацию. Чем это обусловлено?
– Мы долго говорили, что у нас гражданское общество находится на стадии формирования. Но сколько же можно формироваться? Сейчас речь идет вот о чем. У нас в Минюсте зарегистрировано 15 партий. Мы можем провести опрос где угодно: в студенческой аудитории, на улице, в школьном классе и задать один вопрос: сколько у нас партий и какие партии вы знаете? Если назовут три – это уже будет хороший результат. Подобные ответы – лучшее свидетельство того, что партии находятся на периферии общественного мнения.
Что дают эти изменения в Закон о политических партиях? Они выдвигают более серьезные требования к партиям. Они должны быть более требовательны к самим себе в реализации уставных положений. Большинство партий – карликовые с точки зрения членства и неэффективны с точки зрения реализации своих программ.
Их активность проявляется в электоральный период, то есть весьма недолго, а в прочее время их активность обществом не замечается по простой причине: ее нет.
Что произойдет сейчас? Во-первых, чтобы создать партию, необходимо не менее пяти тысяч членов. Эти пять тысяч должны проживать не только в крупном городе, например Минске. Необходимо наличие структур во всех областях. Более того, структуры должны быть не менее чем в одной трети районов Республики Беларусь и не менее чем в одной трети областных центров страны. То есть партия должна обладать разветвленной структурой единомышленников. Это очень важно, потому что повышается ответственность политических партий в целом и создается таким образом прочная основа гражданского общества…
– …С языка сняли. Я только хотел сказать, что государство начинает основательно, на прочном фундаменте строить гражданское общество. До недавнего времени в данном вопросе мы наблюдали, если можно так сказать, некоторое покровительство. Большинство партий находилось на обочине политической жизни.
– В регионах так точно. Лидер ячейки, секретарь и печатная машинка – вот и вся партия.
– Изменения в законодательстве призваны качественно улучшить политические партии. Я хочу обратить внимание на еще один существенный нюанс: сейчас появляется возможность получения государственной финансовой поддержки партийному строительству. Это нововведение способно реально оживить политическую жизнь.
– Мы имеем шанс реально переформатировать политическое поле. Партия должна выполнять роль определенного социального лифта и, в конце концов, должна иметь собственное лицо и содействовать формированию институтов политических элит и политического лидерства.
– Единый день голосования – выборы депутатов всех уровней. Чем руководствовались законодатели, идя на это нововведение?
– Безусловно, введение Единого дня оправдано. В этом нововведении прослеживается логическая взаимосвязь в формировании представительских органов, благодаря такой практике возможна концентрация политизации общества в определенный период.
– То есть политизация не будет перманентной…
– Да, именно так.
– Для меня, как для руководителя учреждения, на базе которого работает избирательный участок, есть сугубо практичный момент. Станет проще проводить все организационные мероприятия один раз в четыре года, чем каждые полтора-два. И, безусловно, экономический момент играет свою роль. В принципе, подобная практика отработана за рубежом и оценивается она позитивно.
– «Белая Русь» готовится стать партией. Что это значит для политического поля страны?
– Это не будет возвращение к партократии. Страна будет жить в реалиях многопартийности.
– Скорее всего, случится классическая система, в которой существуют партии, представляющие интересы большинства населения. И здесь я могу предположить, что «Белая Русь» станет именно такой партией, что опять-таки призвано способствовать стабильности общества.
– «Белая Русь», как никакое другое общественное объединение, готово стать партией. Не будем скромничать: организация имеет колоссальный опыт участия в политической жизни страны. Кроме того, она имеет в своих рядах двести тысяч человек с активной гражданской позицией. Накопленный опыт аккумулирован и он будет востребован уже при строительстве партии. Заинтересованность в создании партии я вижу внутри общественного объединения, но это не значит, что вся «Белая Русь» автоматически перейдет в партию. Общественное объединение также сохранится, все реализуемые им проекты должны сохраниться.
– Лидерский и интеллектуальный потенциал будущей партии позволяет с оптимизмом смотреть на ее будущее.
– Зачастую наши политические партии стоят на довольно узких идеологических позициях, что не позволяет им надеяться на широкую поддержку общества. У «Белой Руси» в этом отношении значительно более широкий объединительный потенциал.
– Значимость партии зависит не только от уровня ее поддержки в обществе, но и от влиятельности ее членов. А именно в этом плане у «Белой Руси» всё в порядке. Мы видим в ее структурах представителей бизнеса, руководителей разных уровней, представителей самых разных слоёв общества. Это своеобразный политический класс, многоформатный класс, который не идентичен понятию «партия власти», но который состоялся именно благодаря избранному страной курсу.
– Впервые в Конституции идет речь о защите традиционных ценностей и национальной памяти. Что им угрожает?
– Самые разные факторы. За каждой атакой на традиционные устои стоит определенная сила, реализующая собственную стратегию, преследующая свои, в том числе политические, цели.
– Почему «ЧВК Рёдан» стал для нас опасен? Чем опасен?
– Это обкатывание моделей поведения определенными структурами, пока нам неизвестными, для возможности подрыва общества. Речь в данной ситуации не об идеологии, она размыта и непонятна. Речь идет пока именно о механизме взрыва общества.
– Мы столкнулись с первой попыткой пробы сил, недооценивать ее нельзя, это может быть серьезнее, чем мы предполагаем.
– Защита конституционными нормами национальных устоев и исторической памяти – мера своевременная и, к сожалению, необходимая. Если мы хотим сохранить народ и страну – должны быть готовы к защите собственной идентификации. Иначе и не заметим, как в один прекрасный день окажемся в иной реальности.
– Уважаемые гости, спасибо за глубокий содержательный разговор. Уверен, что поднятые темы вызовут интерес у наших читателей.
Игорь ГЕТМАН
Фото Александра ШУЛЬГАЧА
