Бело-красная память беды

Я родился в 1948 году в д. Емельянов Мост Бобруйского района, с 1966 года проживаю в г. Бресте. Обеспокоен событиями, происходящими в стране в последнее время. Они напоминают начало 90-х годов в период развала СССР и недавние события в Украине. Вот что пишет мне однокурсница из Донецка Люба Бобрик: «Следим за вашими событиями. Уж очень они похожи на то, что было у нас. Один сценарий. Но пусть вам больше повезет».

 

Поддерживая меры нашего Президента по сохранению суверенитета республики, направляю вам для печати свои размышления по этому поводу. За достоверность написанного мною несу ответственность.

 

На чистых благоустроенных улицах светлого, уютного нашего славного города с августа стали собираться толпы людей. Среди них в основном хорошо «упакованная», упитанная молодежь, студенты и даже школьники. Затем к ним подтянулись экзальтированные дамы, а позже примкнули группки «пенсионеров». Они то водили хороводы, перекрывая дороги, то выкрикивали речевки, доводя себя до экстаза. А по вечерам выкладывали в соцсетях слезливые кадры.

 

В народе их стали называть «топтунами», «шатунами», «ходоками». В истории были «ходоки», которые помогли Владимиру Ильичу Ленину принять кардинально новое решение о судьбе крестьянства.

 

А что же несут наши «ходоки»?! На их плечах не «беда, горе», а «бела-чырвона-белыя» (бчб) полотнища. Отбросим мифы и фантазии отдельных горе-историков. Когда-то, в период немецкой оккупации западной части Российской империи, группой национально-ориентированной интеллигенции, пытавшейся выпросить у кайзера независимость, был предложен этот флаг. Но из этой затеи ничего не получилось.

 

В годы Великой Отечественной войны мой отец Станислав, живший недалеко от Бобруйска в деревне Емельянов Мост, увидел «бчб» на входе в местную полицейскую комендатуру в деревне Грабово. Доставили его туда по доносу за связь с партизанами. Жестокие допросы велись несколько дней. Моей маме Марии чудом удалось вызволить отца из полицейского застенка.

 

Наш сосед Данила тоже пострадал от этого флага. Ночью пришедшие к нему и представившиеся «партизанами» люди попросили показать, где штаб полиции. Это оказались сами же провокаторы полицейские. После истязаний его впрягли в борону и пустили по минному полю, на котором он и погиб.

 

Моего дядю Петра, учителя, партизана, нелюди с «бчб»-нарукавниками схватили и повесили, а его жену расстреляли.

 

Нашу семью с пятью детьми (младшему еще и года не исполнилось) они же выбросили из дома на улицу. Из-за невыносимых условий и отсутствия элементарных лекарств мой братик погиб.

 

В целом в моей деревне из сорока человек, взявших в руки оружие, нашлось только пять подонков, надевших «бчб»-повязки. Трое из них – несовершеннолетние подростки – стали полицаями из желания «поиграть» с оружием.

 

 

Были среди них и женщины. Одна юная особа продала душу и тело коменданту полиции за харчи, за удовольствие прокатиться с ним в бричке с «бчб»-флагом в нарядах, снятых с еврейских женщин. Тогда же с участием полицаев недалеко от нас, за деревней Слободка, были живьем засыпаны в траншеях более 10 тысяч еврейских мужчин, женщин и детей.

 

Другая – жена бургомистра ходила по деревне с высоко поднятым носом в шляпе с «бчб»-бантом на груди, заставляя людей низко кланяться и целовать руки. А в это время ее две старшие дочери в Бобруйском спецлагере забирали кровь у малолетних детей для гитлеровских солдат.

 

К счастью, подобных уродов, которые становились под «бчб», были единицы. Девять юношей из тридцати пяти, ушедших на фронт под красные знамена, сложили головы за нашу победу.

 

К ужасу, уже в наше время я увидел это полотнище (в 91-м году) на административных зданиях Бреста. Было ощущение оккупации. Шушкевич и его прозападная компания продавила через Верховный Совет запятнанную националистическую символику. Их было меньшинство, но они были агрессивны и организованны. Подавив волю к сопротивлению растерявшихся, беззубых, слизняков, переобувшихся на ходу членов КПСС принудили запретить даже самих себя.

 

К чему это привело: в республике начались хаос, рэкет, развал экономики. К примеру, «рассыпались» четырнадцатитысячный коллектив электромеханического завода, пятитысячный «Цветотрон», машиностроительное объединение, фабрика верхнего трикотажа и ряд других. Тысячи брестчан были выброшены на улицу. Специалисты и ученые пошли в «челноки» и торгаши. Вспоминаю, как в начале девяностых ко мне, начинающему предпринимателю, вломились спортивного телосложения парни. Посланные одним из «смотрящих» города, они предлагали за плату свое «покровительство». Перед этим средь бела дня в центре города была ограблена моя туристическая группа из России. Тогда рэкет возле погранперехода был обыденным явлением.

 

Почти пять лет сплошным потоком со всех уголков бывшего Советского Союза через нашу границу вывозились товары в Польшу. В 1995 году на общереспубликанском референдуме абсолютным большинством голосов была возвращена выстраданная историей государственная символика. У людей затеплилась надежда. Наша история учит – не под «бчб»-флагом мы формировались как нация и государство. Не под ним мы отстояли в адской войне свободу и независимость. Не под ним мы возродились из пепла.

 

Рисунок Олега Карповича

 

Больницы, в которых родились «ходоки», школы и вузы, в которых они учатся, жилье, предприятия были построены под государственными знаменами.

 

Летом ко мне впервые приезжал молодой человек из США. Он, почти как Герберт Уэллс когда-то в обновленной России, был потрясен увиденным в нашей стране. Он думал, что люди живут чуть ли не на деревьях или в землянках.

 

Другая гостья, бывшая сотрудница германского бундестага, восторгаясь нашей столицей, а также Брестом, заявила, что по сравнению с Западом наша страна сегодня и есть «настоящая Европа».

 

К сожалению, за последние дни мы теряем лицо толерантного белоруса и стабильной страны. Для меня, моих старших братьев и сестер «бчб» – это знак беды, разрушений и страданий людских.

 

По-моему, дело не в процентном соотношении того или другого кандидата в президенты на прошедших выборах. Кто же против «прозрачных», «чистых» выборов, чтобы избирательные комиссии, наблюдатели формировались на паритетных началах от всех партий и общественных организаций. Кандидаты не должны безосновательно сниматься с предвыборной гонки.

 

Безусловно, назрели и конституционные изменения. На мой взгляд, достаточно двух президентских сроков. Нет необходимости в двухпалатной системе и таком количестве депутатов. Требуется кардинальное реформирование облисполкомов. Давно уже отпали их многие функции, определенные еще в советские годы. Нуждается в возрождении и усиление роли городской Совет депутатов.  

 

Но вместо этого под «бчб»-флагом нам предлагают проводить забастовки, перекрывать дороги, не платить налоги. В случае прихода к власти – повышать «эффективность» производства за счет приватизации еще недобитых заводов и сельхозпредприятий. А пенсионеры – это для некоторых «свядомых» и вообще путы на ногах, отработанный материал.

 

На закуску нам обещают провести «глубокую» десоветизацию и декоммунизацию по образцу Украины.

 

Становясь под те или иные знамена, человек должен ясно понимать, что они несут – добро или зло. Белорусский патриот, а тем более политик, не станет ради каких-то мнимых ценностей разрушать экономику страны, жизнь людей. Государственные символы, принятые всенародно, скрепляющие нацию, способствующие ее развитию, нельзя подменять фальшивками. Поэтому я не верю в искренность тех, кто выступает под «бчб»-флагами. Я убежден, что, опираясь на истинную, а не придуманную историю, белорусские люди разберутся, кто прав, а кто виноват, не допустят, чтобы наша страна стала чьим бы то ни было вассалом, потеряла свой суверенитет.

 

 

Валерий ОСТРОВСКИЙ,

ветеран труда, г. Брест

Опубликовано: 02:30 - 09.12.2020г.
Поделиться новостью