Трагические события начала октября на Ближнем Востоке вновь ставят ребром вопрос о независимости Палестины. Создать независимое арабское государство на Ближнем Востоке ООН предлагала еще в далеком 1947 году, но тогда не получилось.
Теперь тот же тезис озвучивают в Кремле.
Сегодня впору задаться встречным вопросом: каким именно видится палестинское государство для его простых жителей и арабских политиков – нетерпимым к соседям– израильтянам, постоянно идущим на конфликт с ними, готовым на любое крайнее обострение вплоть до вооруженных стычек и полномасштабного вторжения, или предпочитающим путь мирного сосуществования с представителями иной веры? И еще один не менее актуальный вопрос: насколько поспособствует окончательное юридическое формирование и полное международное признание палестинского государства установлению и укреплению мира в ближневосточном регионе?
Нельзя отрицать факты: в настоящий момент Палестина имеет определенные основные признаки государственности – территорию свыше шести тысяч квадратных километров с более чем пятью миллионами проживающих, своей столицей Рамаллой, институтами власти, включающими должности президента и премьер-министра, собственной символикой – флагом, гербом и гимном. 31 октября 2011 года Государство Палестина было принята в ЮНЕСКО. Провозглашенная 15 ноября 1988 года в Алжире как парламентская республика, Палестина сегодня де-юре является независимым частично признанным государством на Ближнем Востоке, находящимся в процессе создания: по состоянию на конец июля 2019 года его независимость признали 138 из 193 стран-членов ООН. Входит в состав Лиги Арабских Государств, вместе с тем не имеет статуса полноправного члена Организации Объединенных Наций.
При этом глубинный корень проблемы кроется не только в отсутствии в Палестине своей армии, валюты, действующего международного аэропорта и лишь частично сформированных государственных структур. По факту реальный суверенитет этой страны невозможен, пока не изменится общая существующая ситуация с ее причинно-следственными связями. Рассматривается она, соответственно под разными углами и с разных точек видения. С одной стороны, Израиль контролирует практически все границы палестинских территорий, за исключением границы сектора Газа с Египтом, препятствуя морскому сообщению с внешним миром: не без оснований представители Организации освобождения Палестины называют ее «страной под израильской оккупацией». Но с другой, Израиль позиционирует этот контроль как один из наиболее эффективных способов и вариантов защиты своих границ и жизней миллионов своих граждан от внешних нападений.
Можно предположить, что Государство Палестина состоится в полной мере, когда оно не будет представлять потенциальную или реальную угрозу для Израиля: то есть, если у руля окажутся те, кто способен договариваться. Насчет этого израильский премьер-министр Биньямин Нетаньяху ранее четко расставил акценты: «Палестинское государство не будет создано без признания палестинцами права Израиля на существование как еврейского государства, оно не будет создано без получения Израилем гарантий завершения конфликта, и оно не будет создано без обеспечения полной безопасности нашей страны».
К слову, задолго до нынешних столкновений, уже унесших с обеих сторон тысячи человеческих жизней, данный вопрос поднимался Российской Федерацией: еще летом 2009 года Дмитрий Медведев, выступая на встрече с постоянными представителями стран – членов Лиги Арабских Государств в Каире, заявил: «Непременным результатом такого урегулирования должно стать создание независимого, суверенного и жизнеспособного палестинского государства со столицей в Восточном Иерусалиме, сосуществующего в мире и безопасности со всеми странами региона, РАЗУМЕЕТСЯ, И С ИЗРАИЛЕМ» ( выделено мной – Е.Л.).
Пока же далеко не все первые лица арабского мира согласны к такому предложенному варианту. Руководители Палестинской национальной администрации неоднократно заявляли о том, что их целью является создание государства, «свободного от евреев», а программа ХАМАСа по-прежнему предполагает уничтожение Израиля и его замену на исламскую теократию. Но и этого мало: теперь уже речь идет не только о стирании Израиля с географической и политической карт планеты. Подтверждением тому стал объявленный бывшим главарем ХАМАСа Халедом Машаалем в пятницу, 13 октября, «День ярости» с призывами к нападению и причинению вреда израильтянам и евреям по всему миру.
Недавнее вторжение ХАМАС, задуманное, в том числе как попытка вернуть земли, которые арабский мир считает своими, безуспешно провалилась: уже вскоре израильская армия вернула полный контроль над всеми захваченными боевиками поселениями – в районе сектора Газа и не только. Вопреки доктрине о расширении Палестины за счет насильственного изъятия израильских территорий, сам Израиль отнюдь не стремится к самоликвидации, готовясь, как и в предыдущих войнах, упорно и до победы сражаться за каждую пядь.
Евгений ЛИТВИНОВИЧ
