Мы не одной крови

Немцы, когда вошли в Париж после мира, подписанного Гитлером и Петэном, ознаменовали свой триумф символическим жестом: отправили на реставрацию в Берлин памятник Орлёнку, сыну Наполеона, несчастному Римскому королю. Тем самым подчеркнули свое уважение к национальным традициям и тот факт, который Р. Киплинг позже охарактеризовал бессмертной фразой «Мы с тобой одной крови».
Когда немцы вошли в Брестскую крепость, они не только постреляли оставшихся в живых «жидо-коммунистов», но и отправили в концлагеря женщин и детей, чья судьба была предрешена.

 

К Пабло Пикассо, жившему в Париже во время оккупации, приходили на прием гитлеровские бонзы, почтительно топтались в прихожей, ожидая, когда мэтр их примет. Мэтру было некогда, он творил. Когда кто-то из немецких генералов спросил художника, указывая на «Гернику»: «Это вы сделали?» – Пикассо, по легенде, ответил: «Нет, вы». Но он жил, работал. А в Брестской области гитлеровцы уничтожили детский дом в Домачево, с детьми и воспитателями. Убили детей.

 

Вот знаете, что поражает больше всего в этих чудовищных фактах? То, что мы не были с ними, захватчиками «одной крови». Мы были из двух разных миров, цивилизационных, религиозных, ментальных, иных. Нас не считали за людей. Судя по всему, захватчики были уверены, что, когда туземцы горят (в сарае, хате), им не больно.

 

Помню разговор с одним из продвинутых европейцев, который упрекал нас, белорусов (шире – русских вообще), в «некультурности», «отсталости» и проч. Приводил в пример замечательные имена, от Гёте до Гейне и корил нас за отсутствие университетских центров, вроде Веймара. Пришлось возразить ему так: многое верно, своего «Фауста» мы не создали, но у нас есть Скорина, есть Короткевич, более того, в годы войны не мы бросали младенцев в колодец.

 

Когда произносят слово «геноцид», то применительно к нашим реалиям всё верно: такой по уровню жестокости и пренебрежения человечностью войны мы раньше не знали. И возникает закономерный вопрос: почему? Откуда? Идеология настолько превратила мозги в мусор? Массовый психоз? Пресловутая «химера совести», которая возникает всякий раз, когда кому-то сильно хочется реализовать вполне прагматические интересы? Геббельс виноват, разные там Розенберги и прочие Гиммлеры? Это так, бесспорно, но склонен предположить, что дело в гораздо более серьезных процессах. Это вроде параллели с известными событиями 2020 года: ведь и у нас звучали призывы, имели место действия, которые в иных условиях в стране и представить даже было сложно. Ненависть не рождается на пустом месте. Как и равнодушие. Речь шла, и в ряде случаев идет, о разной системе ценностей, разном отношении к жизни, разном понимании роли и значения человека.

 

Позволю себе небольшое отступление. Во время жизни Патриарха Алексия довелось ему выступать в Страсбурге, перед евродепутатами. Слабый, уже нездоровый человек говорил, в общем-то, известные истины про Бога, любовь, веру. Среди вопросов после выступления был и такой: если права человека первичны, то почему РПЦ выступает против однополых браков и прочих «достижений» западной цивилизации? И в такой постановке вопроса ответить на него было не просто. В самом деле, если права человека первичны, то человек может всё. А Патриарх ответил так: вопрос сформулирован некорректно. Права человека вовсе не первичны. Первичны моральные ценности и соответствующий выбор: не укради и т.д. Вот здесь корень проблемы. Ну, не может белорусский, русский солдат бросить младенца в колодец, совсем не зря известен памятник в Трептов-парке. Самопожертвование – да, уничтожение детей – нет. Ведь в этом смысле обратите внимание на злобные комментарии после недавней гибели летчиков в Барановичах: писали их люди из другой цивилизации, другой системы ценностей, другого нравственного выбора. В этом аспекте Годом национального единства нам не обойтись: нужны многие годы, десятилетия, чтобы зарубцевалась социальная рана. Геноцид – это лишь вершина айсберга, это крайнее проявление все той же ненависти, цивилизационной нетерпимости, которые возникли не на пустом месте.

 

Скажут: так что, опять на баррикады, опять «железный занавес»? Эти времена все же прошли (хочется верить), дело в другом. Правда, оказывается, может быть не только всечеловеческой. Она может быть и национальной. Надо держаться собственного выбора, прекратить разного рода «перестройки», активно конкурировать в идейном плане, растить своих собственных национальных лидеров. Основания для того, чтобы получилось, у нас есть.

 

Борис ЛЕПЕШКО,
г. Брест

Опубликовано: 10:28 - 14.07.2021г.
Поделиться новостью

Последние новости