Страницы истории: брестский след в громкой филателистической афере

В истории тысячелетнего Бреста есть много различного рода историй и сюжетов, носящих детективный или полудетективный характер. Одна из таких историй связана с нашумевшей в начале ХХ века аферой в области почтовых марок, или, как ее называли современники, «филателистической Панамой». (Термин «Панама» был связан со строительством Панамского канала в 1880-х – 1890-х годах, во время которого произошла крупнейшая финансовая афера. В по­сле­дую­щем сло­во «Панама» ста­ло на­ри­ца­тель­ным для обо­зна­че­ния круп­ных мо­шен­ни­честв и афер).

филателистическа\

Началась эта история в 1908 году, когда в московскую сыскную полицию обратилось руководство московского почтамта с просьбой провести расследование по факту падения спроса на почтовые марки при том, что объем корреспонденции не только не уменьшался, но и возрастал.


Дело взял под свой контроль начальник московской сыскной полиции Аркадий Францевич Кошко – крупнейший криминалист своего времени, руководивший в 1908 – 1915 годах московской сыскной полицией, уроженец Бобруйского уезда Минской губернии.

 

 

Он распорядился отправить на детальное изучение (как сегодня мы говорим «на экспертизу») более 100 марок с конвертов, прошедших через почтамт. Одновременно по мелочным, табачным и прочим лавкам, то есть местам, где в то время продавались почтовые марки, были отправлены сотрудники полиции, которые купили по несколько марок.

 

Результаты не заставили себя долго ждать. Экспертиза показала, что более половины обследованных марок оказались уже бывшими в употреблении, но искусно отреставрированными.

 

В одной из лавок на Страстной площади сыщики обнаружили более 400 «восстановленных» марок  различных номиналов. Владелец лавки, некто Кауров, был арестован и на первом же допросе рассказал, что получал поддельные марки от Дмитриева, работника московского почтамта, отвечающего за продажу знаков почтовой оплаты. Задержанный Дмитриев показал, что марки ему передавал пенсионер Касаткин, бывший экспедитор московского почтамта, опытный коллекционер-филателист.

 

Выйдя на пенсию, Касаткин целиком посвятил себя любимому занятию. Он нередко давал объявления в газеты об обмене, купле-продаже марок, консультациях по вопросам филателии. При обыске у него дома обнаружили несколько десятков тысяч бывших в употреблении стандартных (то есть не художественных) почтовых марок.

 

Касаткин вывел полицию на «варшавский след». Он сообщил, что на одно из его газетных объявлений откликнулся варшавянин Лейбус Бергер, который представился как торговец марками. Он купил у коллекционера-филателиста тридцать тысяч гашеных стандартных марок, скопившихся у последнего за несколько лет. Дело в том, что при покупке марок по объявлениям Касаткин часто вынужден был покупать у продавца всю коллекцию, так как многие не хотели продавать марки по одной или несколько штук.  Касаткину приходилось покупать оптом всё, что у них было. Так и скопилось у него большое количество одинарных гашеных марок. Бергер договорился с Касаткиным, что часть марок он берет за наличные, а за другие рассчитается «отреставрированными» в Варшаве марками.

 

Одновременно с «московским» филателистическим делом возникло и аналогичное дело в Брест-Литовске. В полицию города обратился житомирский коллекционер, сообщивший о своих подозрениях в отношении брестского торговца марками Призанта, который имел лавку по продаже бумаги, книг и канцелярских принадлежностей на Полицейской улице (ныне улица Советская) в пассаже Ратнера. Житомирский филателист сообщал о том, что в купленных у Призанта марках  имеются небольшие дефекты: на чистых марках отсутствуют несколько зубцов или более тонкая бумага в том месте, где марки отрывались от конверта. Также житомирский клиент Призанта обратил внимание на то, что старые русские марки на конвертах и вырезках, которые он получал из Бреста, были погашены, как правило, штемпелями 1903 – 1907 годов. Но больше всего недоумение филателиста вызвали два конверта с марками образца 1858 года, которые были якобы отправлены из Москвы в Санкт-Петербург: один – 21 июня, а другой – 14 июня 1906 года. Как настоящий коллекционер-филателист, он сразу обнаружил фальшивку и сообщил об этом в полицию. Конечно, даже при беглом осмотре этого филателистического материала была видна подделка, ведь марки 1858 г. были выведены из обращения, да и почтовые тарифы 1858 года отличались от тарифов 1906 г. В начале ХХ века на почтовую карточку наклеивалась марка номиналом в 3 копейки, на конверт – 7 копеек. Призанта подвели обыкновенная жадность и некомпетентность.

 

 

Призант был арестован полицией. Во время обыска у брестского торговца обнаружили большое число стандартных марок различных номиналов, но не в листах, а поодиночке. Необходимо заметить, что почтовые марки в то время, как и сейчас, выпускались листами по 25, 50 или большее количество штук в одном листе. При продаже марки отрывались по одной или несколько штук от листа. Одиночные марки в большом количестве также привлекли внимание сыщиков как подозрительные. Некоторое количество марок у Призанта было погашено, но в основном штемпелями 1903 – 1906 годов, причем штемпель был специфический – почтового вагона №17, курсировавшего по линии Москва – Петербург. Брестчанин признался, что был связан с всё тем же чиновником московского почтамта Дмитриевым, которому передавал конверты и почтовые карточки с наклеенными марками и вырезки из конвертов с непогашенными марками. Дмитриев отдавал все эти фальсификаты работнику почтового вагона №17 некоему Коновалову, который ставил свой штемпель и передавал их далее сотруднику столичного почтамта Гессе, а тот франкировал (погашал) письма и вырезки местным штемпелем. Этот филателистический материал продавался коллекционерам в различных городах Российской империи. 

     

На допросах в брестской полиции Призант показал, что был связан с варшавской фирмой братьев Бергер, и сообщил, что получал из Варшавы «подчищенные» марки и туда же сбывал значительную часть гашеных фальсификатов.

 

 В Варшаву выехал сам Кошко. Полиции удалось установить, что в Варшаве существовал целый синдикат по превращению использованных марок в «новые». На различные адреса членов преступной организации со всех концов России шли марки, конверты, вырезки с марками из конвертов. В городе были обнаружены две подпольные мастерские, где старые марки превращались в новые.

 

 

 

Преступники разработали целый цикл операций с бывшими в употреблении марками. Он включал в себя отпаривание и отклеивание с конвертов бывших в употреблении марок, затем специальным химическим способом удаляли штемпель, далее марки высушивались и на обратную сторону наносился клей. Надо заметить, что раскрыть состав раствора для удаления старых штемпелей полиции не удалось – преступники его уничтожили.

 

Всего на этих фабриках подделок было задействовано более 25 человек. Очищенные марки неспециалисту было очень трудно отличить от государственных выпусков.

 

Преступники были задержаны весной 1908 года. По данным прессы, освещавшей эту детективную историю, фальсификаторы за несколько лет запустили вновь в оборот более 200 миллионов штук марок. Подделывались прежде всего самые ходовые марки стоимостью от 1 копейки до рубля.

 

Следствие по делу длилось три года. Суд состоялся в Варшаве в марте 1911 года. На суде прокурор предъявил обвиняемым иск на сумму 300 тысяч рублей (не забудем, что это было время золотого монометаллизма, когда бумажные рубли свободно обменивались на золотые монеты). Между тем государственных выпусков почтовых марок в России в год продавалось около 350 миллионов штук.

 

К этому времени о «филателистической Панаме» стали забывать. За прошедшие годы двое арестованных успели умереть, некоторые скрылись от следствия. На скамье подсудимых оказалось 18 человек.

 

Благодаря хорошим адвокатам приговор оказался достаточно мягким – семь человек были оправданы, остальные получили небольшие сроки тюремного заключения. Организаторы преступного сообщества братья Бергер получили по два года заключения. Иск прокурора по возмещению казне финансового ущерба был удовлетворен судом в половинном размере.

 

Под суд попали только жулики из Варшавы. Торговцы марками из других городов (а фактически – их пособники) отделались штрафами, в том числе и лавочник из Бреста Призант. 

 

Александр БАЮРА,

кандидат исторических наук, доцент

Опубликовано: 10:00 - 05.03.2021г.
Поделиться новостью

Комментарии ()

    Вы должны авторизоваться/зарегистрироваться, чтобы оставлять комментарии.