864. ЗЕМНОЕ ПРИТЯЖЕНИЕ


    Я чую голас несціханы -
    Зямля мая мяне заве...
    Якуб КОЛАС.

    В роду, к которому принадлежит герой этого рассказа Николай Романович Юркевич - вместе мы проработали под одной журналистской крышей свыше пятнадцати лет, землепашцами были все, от прадеда до отца. Потому любовь к земле с детства привилась и ему. Отец, Роман Филиппович, в тридцатые годы был председателем колхоза, и он поучал юного отпрыска: «Крепче держись за землю, сынок, в земле - вся сила...». И пусть в последующие годы Николаю Романовичу не довелось пахать и сеять, сидеть за рулем трактора или штурвалом комбайна, земле он никогда не изменял. В этом вы убедитесь из дальнейшего повествования.
    А пока вернемся к эпиграфу. Это строки из стихотворения Якуба Коласа «Голас зямлi», написанного поэтом в 1942 году. В трудном военном году. Земля звала народ на борьбу с коварным врагом, принесшим в наши города и села кровь, слезы, разрушения, неисчислимые человеческие страдания. Николай Юркевич откликнулся на этот зов, хотя ему не было и восемнадцати. Вместе со своей мамой Татьяной Петровной и сестрой Ниной он ушел в партизаны...
Жена, Евгения Степановна, называла его Колей, некоторые сослуживцы - Николаем. У меня, ей-Богу, язык не поворачивался так к нему обращаться. Во-первых, он был старше меня по возрасту. Во-вторых, заслуженный, всеми уважаемый человек, при орденах, полученных за ратные подвиги: на лацкане его пиджака в праздничные дни поблескивали орден Отечественной войны I степени, два ордена Красной Звезды, многие медали. Потому я его иначе, как Николай Романович, не называл.
    В научно-популярной книге «Живет память в сердце моем», изданной в 2007 году Брестской типографией, помещены скромные воспоминания Николая Романовича «Две заметки определили судьбу»:
    «Я их навсегда запомнил, они стали своеобразным прологом в журналистику. В начале 1941 года я написал в Гресскую районную газету заметку об усилении оборонной работы в школе. Это была первая моя публикация. В школе меня поздравили и сообщили, что из редакции звонили директору и спрашивали, не возражает ли он, если меня зачислят внештатным корреспондентом газеты.
    И тут грянула война. Да, ясный солнечный день 22 июня расколол нашу жизнь.
    Я был партизаном, затем ушел на фронт. Был ранен. Несколько месяцев лечился после ранения во фронтовом полевом госпитале в немецком городе Кюстрин. По потоку раненых всегда оценишь масштабы сражений. Поражало то, что даже тяжелораненые бойцы и офицеры  рвались в бой, требовали быстро «подлатать» и срочно отправить на передовую, в окопы. По двое суток не отходили хирурги от операционного  стола. Делали свое дело - останавливали кровотечение, накладывали шины, извлекали осколки. Часто медики отдавали и собственную кровь для спасения раненых. Переживали врачи и медсестры, когда долго у солдат не затягивались раны, старались подбодрить. Не скрою, полюбил я медицину, когда увидел самоотверженный труд людей в белых халатах. И не мог не написать о них в армейскую газету. Заметка была опубликована и получила хорошую оценку медработников, читателей.
    Эти две заметки определили потом мою судьбу, у меня родилась мечта стать журналистом.
    Демобилизовавшись из армии, поступил на факультет журналистики Белорусского государственного университета. После его окончания почти полвека работал в средствах массовой информации...».
Листаю трудовую книжку Николая Юркевича - в ней доподлинно отражены все вехи его трудового пути. Из записей следует: Николай Романович начинал в «Заре», потом уходил и снова возвращался. 18 июля 1951 года он назначается на должность литработника сельхозотдела редакции. В 1954 году переводится на работу в редакцию республиканской газеты «Чырвоная змена» в качестве собственного корреспондента по Брестской области. После «Чырвонкi» - длительный период работы в комитете по радиовещанию и телевидению Брестского облисполкома. Январь 1975 года - возвращение в «Зарю». Последняя должность - заведующий отделом сельского хозяйства.
    Такой послужной список. И неудивительно, что Николай Романович был в журналистике универсалом, владел практически всеми газетными жанрами. Нужна информация - пожалуйста. Репортаж с места события, интервью с известным человеком, корреспонденция, статья - нет проблем. Сценарий для телепередачи - и это под силу. В одинаковой степени владел и белорусским, и русским языками. Его аккуратный бисерный почерк, почерк неторопливый, узнавали все заревцы.
    И все же Николай Юркевич тяготел к самому трудному жанру - очерку. Очерк ему удавался. Он умел закрутить интригу, тонко передать черты характера своих героев.
С превеликим наслаждением перечитал сегодня очерк Николая Романовича с прозаичным, казалось бы, заголовком - «Председатель «Оснежицкого». Но если вдуматься, если припомнить потрясающий кинофильм «Председатель», в котором главную роль сыграл выдающийся актер Михаил Ульянов, иного названия своему очерку Юркевич предложить не мог. Ведь очерк - о прославленном председателе, дважды Герое Социалистического Труда Владимире Антоновиче Ралько.
    Очерк опубликован в книге «Земные звезды», изданной тридцать лет назад. Мне эта книга очень дорога - в ней помещены и два моих очерка, тоже о Героях Труда Брестчины: «Все семь цветов» и «Высшая святыня». Дорога она и потому, что в ней  - уже названный высокохудожественный  очерк Николая Юркевича о моем земляке Владимире Ралько. Родился он на западной окраине Стародорожского района в деревне Подоресье. Моя малая родина, деревня Новые Фаличи, - на востоке, поближе к Бобруйску. Почти земляк и Николай Романович - он со Слутчины, а Стародорожский и Слуцкий районы граничат, их разделяет лишь невидимая черта.
Отсчет журналистским годам я начинал на родине, в районке, которая называлась «За Савецкую Радзiму». В редакции был единственный транспорт - трехколесный мотоцикл с коляской. На нем мы и колесили по деревням. Неоднократно приходилось бывать и в родной деревне Владимира Ралько, беседовать с сельчанами, писать о них. Потому, когда я приезжал  в «Оснежицкий», нам было о чем поговорить с Владимиром Антоновичем, было что вспомнить. Но подступиться к очерку о нем не осмеливался, все считал, что мало о нем знаю. Николай Романович подступился. Как журналист-аграрник, он встречался с Владимиром Ралько не только на областных собраниях и заседаниях, но и в его рабочем кабинете, на полях и фермах. К тому же они от войны одинаковой закваски, партизанили в одних и тех же белорусских лесах и весях. Кому, как не Юркевичу, лучше было знать глубинные струны души этого умудренного жизнью и опытом земледельца.
    Очерк о Ралько в книге, пожалуй, самый внушительный. Не только потому, что ему отведено почти двадцать страниц. Очерк - это плод многолетнего журналистского поиска, высокого творчества. Автор от страницы к странице рисует нам портрет уникального хозяина, наделенного крестьянской хваткой, человека, породнившегося с землей-кормилицей. Очерк пересыпан метафорами, меткими сравнениями, народными изречениями - их может иметь в своем творческом багаже лишь журналист, постоянно тяготеющий к земле, посвятивший себя отражению в печатных изданиях высокого пафоса крестьянского труда. Лишь кое-что из народной мудрости, встречающееся в очерке Николая Юркевича: «Хорошо помогать той лошади, которая пытается сдвинуть воз, а не той, что стоит  да хвостом помахивает», «На словах, как на гуслях, а на деле, как на балалайке», «Люди бегут хоть к черту на рога, лишь бы получить живую копейку», «Общий котел и на льду кипит», «Без хорошего хозяина и железо вдвойне ржавеет».
    Заканчивается очерк словами Ралько: «Председатель - что тебе дерево. Если оно глубоко сидит корнями в земле, век стоять будет, никакие бури ему не страшны...».
    Очерк «Председатель «Оснежицкого» получил высокую оценку республиканской прессы. В рецензии  на книгу «Земные звезды», напечатанной 10 августа 1978 года в старейшей белорусской газете «Звязда», говорилось: «Заслуга яго аўтара М. Юркевіча ў тым, што ён, не паўтараючы, што ўжо напісана пра знатнага старшыню, здолеў паказаць У.А. Ралько як чалавека вялікага арганізатарскага таленту, умелага выхавацеля людзей...».
    Не только очерком о Владимире Ралько мог гордиться Николай Юркевич. Если собрать все его очерки, опубликованные за 30 лет работы в «Заре», получилась бы приличная книга. Его очерки увидели свет в книге «Женщины Беларуси», литературно-художественном альманахе «Брест», за очерки он стал лауреатом Всесоюзного конкурса периодической печати «Наши достижения». Здесь и уместно сказать: все написанное им - о людях от земли. Он пахал,  сеял, растил хлеб мозговыми извилинами, творческим журналистским пером, словом. Он всегда воспевал человека, который трудится на земле. В этом и был весь смысл жизни Николая Романовича.
На этот раз мы встретились под Брестом на улице, пересекающей садовое товарищество «Пресса». Хотя улицей ее можно назвать лишь условно - она больше похожа на благоухающую тенистую аллею парка: повсюду свисают уже взрослые деревья, по обочинам пестрят кустарники, цветы. Участок Николая Романовича был первым, у самого мелиоративного канала, мой - поодаль, за прудом. Он любил бродить по этой аллее: легко дышится, можно порассуждать с друзьями о житье-бытье.
    Мы медленно шли, любуясь позолотой запоздалой осени, налитыми, словно кровью, яблоками, шурша опавшей листвой.
    - Красота какая! - восхищался он. - Только, черт побери, мир так устроен, что не успеешь оглянуться, как уже осень и в природе, и в жизни человека - не удается сделать задуманное. И ничего не попишешь, - философски рассуждал он. - Но не беда - ничто не пропадет, останется потомкам.
    - Да, Николай Романович, это так, - вторил я ему. - Давай только не будем впадать в пессимизм. Пока живы - выше голову. Я вот надумал и о тебе написать очерк-воспоминание.
    - Пиши. Раз всерьез взялся за зарёвцев - пиши, - не стал возражать он. - Что от меня потребуется - всегда к услугам. Ты же знаешь, я, как солдат: надо - значит надо.
    - Хотелось бы встретиться у тебя дома, посмотреть документы, снимки, покопаться в твоем личном архиве.
    - Приходи. Только предварительно позвони...
    Не встретились. 13 ноября 2007 года сердце полоснула жуткая весть: Николая Романовича не стало...
    Предоставляю слово тем, кто хорошо знал Юркевича, часто с ним встречался, глубоко уважал.
    Раиса Григорьевна Щурова, учительница белорусского языка и литературы 9-й школы г. Бреста, племянница
Николая Романовича:
    «Родился Николай 27 октября 1923 года. Повзрослев, вступил в комсомол, а впоследствии - в ряды КПСС. Когда в 1941 - 42 гг. в тылу врага начали действовать партийно-комсомольские организации, он принимал в их работе самое активное участие. В 1943 году немцы начали увозить молодежь в Германию. Эта участь чуть было не обошла и Николая. Из Слуцка его привезли в Минск на отправной пункт - оттуда с другом ему удалось бежать. Они узнали явочную квартиру, и связные направили их в партизанский отряд имени Чапаева (бригада № 27) - она располагалась  в 150 километрах от Минска, в Копыльском районе. Из-за его побега ближайших родственников полицаи уже готовились расстрелять. Но маму и его сестру удалось отправить в тот же партизанский отряд. А бабушку расстреляли. Родного дядю, коммуниста, с женой увезли в Германию в концлагерь. Хату сожгли, все хозяйство уничтожили. В партизанском отряде Николай Романович был в группе разведчиков, участвовал во многих боях. В июле 1944 года их бригада победным маршем прибыла в Минск для участия в параде в честь освобождения Белоруссии от немецко-фашистских захватчиков. В парадном строю с гордостью шли Николай Романович, его мама и сестра Нина».
    Василий Андриянович Литвинчук, второй секретарь Брестского обкома КПБ - поминальное слово у гроба покойного на кладбище «Плоска»:
    «Первое мое знакомство с Николаем Романовичем состоялось в Антополе, где я в то время был редактором политотдельской газеты. С тех пор я знал его как прекрасного человека, профессионального журналиста. Главное его достоинство - он никогда не менял своих политических взглядов. Когда была приостановлена деятельность КПСС, он не выбросил, как это сделали многие так называемые новые демократы, свой партийный билет, не продал его за злотые или доллары, что в то время тоже сделали многие, не отрекся в верности партии, а пронес партийный билет у самого сердца до последнего его удара. Он был в нашей областной парторганизации  членом бюро, он был внештатным корреспондентом партийной  газеты «Коммунист Белоруссии. Мы и время», написал и опубликовал много материалов о ветеранах партии, текущей партийной работе. За все это, за верность идеалам партии честь ему и хвала, вечная слава».
Истек ровно год, как нет с нами коллеги по перу, незабвенного Николая Романовича Юркевича. Что ж, ничто не вечно под луной. В священном писании есть слова: «Род проходит, и род приходит, а земля пребывает вовеки».
    Вовеки и память об ушедшем в мир иной...
Опубликовано: 00:14 - 19.01.2038г.
Поделиться новостью

Комментарии ()

    Вы должны авторизоваться/зарегистрироваться, чтобы оставлять комментарии.