381. Выбор Париса


    Напрашивается аналогия с древнегреческим мифом о пастухе Парисе, который должен был выбрать из трех претенденток – богинь Геры, Афины и Афродиты – самую прекрасную.
    В роли Париса, понятно, выступает белорусский избиратель.
    Неопределившаяся группа не будет в предстоящей кампании играть сколь-нибудь значимую роль. Наш Парис будет выбирать между двумя оставшимися.   
Чьи инициативы будут поддержаны белорусским избирателем: сторонников перемен или консерваторов, выступающих за сохранение статус кво? Интуиция говорит, что вряд ли произойдет перемена в предпочтениях тех, кто будет голосовать в конце сентября.
    Чем устраивает сложившееся положение, почему не хочется  изменения существующего положения, которое можно было бы ожидать в случае радикального изменения состава новой Палаты представителей?
    Не вдаваясь в частности, отметим только два нюанса.
     Первый. Беларусь в последние годы уверенно заявила о себе как о независимом государстве. Если еще несколько лет назад в обществе превалировали интеграционные настроения, то сегодня за независимость все – и народ, и власть, и оппозиция. Такое переформатирование отношений выбило из рук оппонентов действующей власти сильный козырь – сегодня как-то поутихли обвинения последней в предательстве национальных интересов.
     Второй. На белорусских землях в настоящее время имеем самое либеральное государственное  устройство за последние 200 лет. Сразу оговоримся – несколько лет в начале 90-х государственным строем не считаем. Это время, когда, повторим не единожды цитированное, «власть валялась под ногами». А строй – всегда был строгим.
     Цари периодически вешали на площадях нашу элиту, польские власти в свое время наполнили тюрьмы нашими политзаключенными, нацисты вообще уничтожили миллионы безвинных белорусов.
    Наверно, из-за исторической памяти и буксуют попытки представить нынешний строй деспотичным. Старожилы, например, еще помнят прелести тридцатых, когда одна власть на Соловках организовала концлагерь в православном монастыре, а другая – в католическом, в Березе-Картузской.
Теперешний общественный строй предоставил обществу ряд политических свобод, которые и не снились еще 20 лет назад. В настоящее время имеем свободу выезда за границу, чего при Советском Союзе не было, имеем свободу исповедания религии и, что бы ни говорили, свободу доступа к информации (не устраивает официоз – всегда можно обратиться к альтернативным источникам информации). Свобода доступа к информации и свобода исповедания религии появились, правда, на закате Советского Союза, но, тем не менее, белорусская государственность сохранила их.
     Если кого-либо из студенческой молодежи не устраивает уровень свобод – пусть поспрашивают о прошлом своих дедушек и бабушек, которые, например, свободу шествий могли свободно реализовывать аж 2 раза в год – 1 мая и 7 ноября.
    Элемент авторитаризма в современной белорусской модели развития как необходимый элемент перехода от СССР к независимому государству никто не отрицает. История, наверно, не знает примеров, чтобы состоялось государство, которое в момент обретения независимости, становления ее обошлось без сильной власти. Может быть, такие примеры знают те, кто упрекает белорусские власти в излишней суровости? Вряд ли.
    Оппоненты государственного курса, претендующие на объективность своей позиции, как-то стараются не замечать тех плюсов, о которых говорилось выше. А ведь они есть и их гораздо больше, чем было названо. Оппозиция боится хвалить власть, хотя похвалить и можно было бы. Тогда словам критики было бы больше доверия.
     А так – имеем то, что имеем. Тем более, что многие упреки несправедливы, а прогнозы не сбылись. Не будем голословны, приведем примеры.
Около 10 лет назад, во времена первой российской кампании в Чечне, тогдашняя оппозиция широко использовала лозунг «Не допустим отправки белорусских военных в Чечню». Отправлены белорусские части в Чечню тогда действительно не были. Но не потому, что оппозиция этого добилась. Просто руководство страны не помышляло о нашем участии в кампании.  Да, наверное, и Россия не пережила бы такого позора, как невозможность справиться с мятежом собственными силами.
    Несколько лет назад, после опубликования статьи высокопоставленного белорусского чиновника, в которой среди прочего затрагивались вопросы взаимоотношения государства и церкви, как по указке свободная пресса заговорила об угрозе атеизации общества, которая якобы будет инициирована государством. (Кстати, слаженность в освещении темы вызвала смутные сомнения в свободе этих свободных СМИ). В реальности же мы видим, что власть, традиционно благосклонная к Православию, в последние месяцы пытается вдобавок сделать Беларусь еще и одной из любимых дочерей Костела. Ну и где обещанная атеизация?
    Не сходит со страниц независимых газет тема угрозы экономического кризиса. Годы идут, а он, проклятый, все не наступает.
    Фишкой последних месяцев стала страшилка об увеличении пенсионного возраста. Выдохнется этот прогноз – найдется новый. Можно быть уверенными.
    Противники настоящего курса, интегрированные в «объединенную белорусскую оппозицию», настораживают определенной эклектичностью. И такая настороженность абсолютно оправдана. Объединение, основанное на ненависти к общему врагу, станет нежизнеспособным на второй день после своей победы.  Что могут вместе создать прозападные националисты и пророссийские коммунисты?
    Единственное, что можно обещать в этом случае достоверно, помня опыт начала 90-х, так это живые, даже веселые заседания новой Палаты. «Гвалта» хватит. Украинский парламент будет отдыхать в сравнении с белорусским.
А за стенами парламента – хорошо, если купоны не вернутся.
Ведь в наших реалиях есть одна закономерность: когда идет драка в парламенте, основными продуктами в ассортименте магазинов становятся морская капуста и говяжьи копыта. Наученный горьким опытом, наш Парис традиционно выбирает скучный парламент и полные магазины, предпочитая его веселому, но с копытами и капустой.
   ...Как-то Анатолий Лебедько в интервью одной брестской газете произнес фразу: «...за 13 лет присутствия этого режима...». Не читая дальше, ловишь себя на мысли: а не вы ли один из отцов-основателей «этого режима»? А оппозиционность ваша не связана ли с тем, что «папаша» был лишен родительских прав?
     И Лебедько, и Федута, и десятки прочих – выходцы из той власти, которую сейчас не особо жалуют. Однако тот факт, что вы не просто были в этой власти, но и стояли у ее истоков, не свидетельствует в пользу вашей принципиальности. Принципиальным в данной ситуации выглядит Станислав Станиславович Шушкевич, который жестко критикует очень многие шаги ныне действующего руководства. Однако это критика вдовствующей королевы-матери, некогда вершившей судьбы, а после отстранения от активной деятельности обидевшейся на весь мир.
     Но ведь отстранил Станислава Станиславовича по сути сам белорусский народ. На президентских выборах 1994 года в небольших городках Станислав Шушкевич набирал голосов в пределах статистической погрешности. Главным аргументом против него был один: был во власти – и ничего не сделал. Как говорит народная мудрость, «пабыў у вадзе і не мокры ідзе». Выбор в маленьких городах тогда шел между двумя кандидатами, которые не могли задействовать административный ресурс: Александром Лукашенко и Зеноном Позняком – теми, в ком народ видел человека, способного навести порядок.
    Станислав Станиславович взял тогда второе место только в столице (первое все равно осталось за Лукашенко, хотя и были попытки представить дело так, якобы он проиграл Минск). Электорат Шушкевича его же союзниками был охарактеризован хлестко, но в принципе верно: «трусливая городская интеллигенция».
Эпоха требовала лидеров жестких и целеустремленных. Эмиграция Позняка была предопределена – ужиться в одной стране с Лукашенко он не мог. Но при этом, критикуя теперешний политический режим, Позняк никоим образом не симпатизирует такому явлению современности, как «демократическая оппозиция», не единожды повторив, что если выбирать между оппозицией и Лукашенко, второй представляется предпочтительнее.
    Причины предпочтительности очевидны, что признал один из лидеров БНФ Виктор Ивашкевич: многое из того, о чем мечталось лет 20 назад, претворил в жизнь именно Александр Лукашенко. Смелое, честное заявление.
    Принципиальным был вопрос создания самой белорусской государственности, а какой она будет – прозападной или пророссийской – вопрос второстепенный и не принципиальный. Он актуален разве что для тех, кто сегодня пытается спекулировать на вопросах, спекуляция на которых в принципе невозможна: вопросы решены.
    Некоторые из лидеров, да и из рядовых членов, присутствуют в оппозиционных партиях и группах со времен перестройки. Это тоже настораживает: если человек на протяжении 20 лет не может найти свое место в конструктивной деятельности, принципиальный бунтарь и ничегонеделатель – вряд ли такому когда-нибудь в спокойное время, не требующее потрясений, будет доверен мандат народного избранника.
     Неправда, что избиратель любит обиженных. Практика показывает, что чаще выбирают удачливых или, как минимум, порядочных, в ком мало нахальства, бахвальства и которые не всегда даже красиво говорят.
Апелляция к зарубежью тоже как-то настораживает. Со времен шляхетских конфедераций 18-го века имеем горький опыт вмешательства соседей в наши внутренние дела. Кое-кого этот горький опыт ничему не научил... А должен был бы научить: призыв к соседям поучаствовать в наших внутренних дрязгах в перспективе может смести существующую элиту, но оппонентам не светит ничего большего, как стать прислугой очередного оккупационного режима.
    Также не проходят призывы жить по образу и подобию цивилизованных стран, чего мы пока не делаем. Для этого нежелания тоже есть причины. Во-первых, еще в народной памяти не изгладились впечатления от столкновения с той высокой цивилизацией, которая оставила по себе воспоминания в виде плакатов «Гітлер асвабадзіцель». Во-вторых, нам как-то непривычны некоторые новшества современной Европы. Скажем, однополые браки не решат нам проблему рождаемости где-нибудь в Жабинковском районе. Такие союзы не дают радости отцовства и материнства.
     Наверное, из-за подобных нюансов пока белорусский народ в массе своей индифферентен к призывам равняться на кого-либо.
     В разнообразной компании оппонентов разве что одно светлое явление – традиционно бунтарская, желающая переделать все и вся, думающая, что только ей известна истина, студенческая молодежь. Ругать их не поворачивается язык – фотографии некоторых участников оппозиционных акций напоминают ангелов (хотя демоны тоже присутствуют).
     Это та молодежь, которая ради идеи готова идти на авантюры, в результате которых готова получить кучу неприятностей. Но итогом такой жертвенности будет не всеобщее счастье, а очередная квартирка, автомобильчик, коттедж оппозиционных князьков. А если повезет – то и с Джорджем Бушем за руку поздороваются. Так может продолжаться до бесконечности.
    Но “бунташной” молодежью социальная база оппонентов начинается и заканчивается. Целый ряд объективных причин  сузил до минимума число сторонников радикальных структур. Даже попытка разыграть карту отмены льгот не повлекла сколь-нибудь серьезного недовольства. «Акции  народного возмущения» шли, как мокрое горело. Да и слезы, проливаемые вождями «резистанса» по поводу обездоленных, были большей частью крокодиловыми.
    ...Вряд ли что-то кардинально изменится в нашей жизни после 28 сентября. Не в последнюю очередь потому, что не видно альтернативной элиты, которой можно было бы хоть что-то доверить. Слишком уж неравный обмен получится.



Опубликовано: 21:00 - 31.12.1969г.
Поделиться новостью

Комментарии ()

    Вы должны авторизоваться/зарегистрироваться, чтобы оставлять комментарии.