blueALL-2.jpg5ceccc0d2b422

Запрошенная Вами страница не найдена

Проверьте правильность написания названия страницы

(design): design-elements/menu-header-1.tpl

14
Декабря
Суббота
Tlgrm Inst. FB TW VK OK
Баннер не установлен
Баннер не установлен
lestv.gif537ef1827c008
raspisanie_brest_3.jpg5a72cab07d02e
баннер.jpg5dc178182d55d
Что? Где? Когда?
Кто станет главным тренером Динамо-Брест?
Курс валют в Бресте и области
P Goroda2.jpg50c8fae14a64b

Жаворонки поют в небесах

00:00 25.07.2008
    В ту осень село потрясла жестокая новость. Невестка семьи Дегтяревых, Ксения, двадцати трех лет, наложила на себя руки, не вынесла позора мужа.
    Павел Дегтярев на похороны жены из Калинковичей, где работал на железной дороге, приехал с большим опозданием. К столу так и не присел. Курил у грубки, открыв дверку, пуская в печку табачный дым.
    Малыш тянулся к отцу.
    Павел хмурился. Отпихивал от себя сынишку. Бурчал, как чужой:
    - Иди к бабушке! Мне уже на поезд надо, - и заявил теще: - Малого я с собой не возьму, сам в общаге... Вы, Василиса Савельевна, и будете растить внука.
    Покачивая седой головой, старушка тяжело вздыхала.
    - Жену довел до веревки. Теперь сына бросаешь сиротой.
    Павел бросил окурок. Схватил под вешалкой сумку и - за порог. Ушел, как вор.
В садах села цветущий май. Вскоре и куст жасмина под кухонным окном оделся в свадебный наряд. Пятиклассник Коля пришел из школы с задумчивым, озабоченным лицом. Обедать не стал. Как взрослый, заявил бабушке:
    - В школу я больше не пойду до зимы! От батьки нам ждать нечего. Забыл он нас! Пора мне начинать зарабатывать гроши на житье.
    Василиса Савельевна подсела к внуку на лавку. Встревожилась его решением, но рассудила:
    - Гляди, внучек, сам!
    ...Пастух, мужчина лет шестидесяти, еще крепкий в плечах, широко шагал, на ходу попыхивая самокруткой. Коля, поравнявшись с ним, заговорил:
    - Дядько Кузьма, возьмите меня подпаском! Обносился, да и дома есть нечего. Варим по три бульбины в мундирах на день...
    - Бабки Василисы внук? Сиротинка. Знаю вашу беду - беру! О плате потом поговорим. С рассвета завтра и включайся в работу!
    Лето пролетело для Коли незаметно. С рассвета и до вечера с буренками на пастбище. Выпас закончился. Полешуки загнали в хлева до весны скот.
    Коля принес в хатку бабки Василисы свой первый заработок. Повесил в сенях кнут, достал сумку с учебниками и отправился в школу продолжать учебу. До весны, до нового выпаса.
Полдень. Перед глазами Коли весь выгон, речка, стадо буренок. Пастух подложил под седоволосую голову шапку-ушанку и захрапел под кустом лозы. Коля не заметил, как к нему подсела Ева. Легонькое короткорукавое платьице, босая, отбросила косу за плечо и широко улыбалась. В руке узелок.
    - Вот взяла и пришла! Принесла пастушку обед.
    - И как ты догадалась, что сегодня у меня пустая сумка?
     Она расцвела:
    - Сердечко подсказало...
    Они вместе ели нехитрую снедь. Говорили о мелочах. Шутили и смеялись. На душе у Коли никогда не было так легко и радостно.
    Когда Ева ушла и ее фигурка скрылась за кустарниками, старый пастух (оказывается, все видел и слышал) сказал:
    -  Держись ее, Колька: лучшей супружницы тебе не сустреть!
    Как в воду смотрел старик.
    ...На село ложился вечер. Стадо растекалось по дворам полешуков. Николай и Ева встретились на лавочке у калитки.
    - В газете прочитал: в Гомеле открывается школа фабрично-заводского обучения (ФЗО). Принимают юношей 15 и старше лет с семилетним образованием. У меня семь классов есть, вот туда-то мне и надо податься! Не ходить же  всю жизнь в пастухах?!
    У Евы задрожал голос.
    - Может, и девчат набирают? Рядом бы учились, чаще встречались... Напиши в письме.
    Трудными были ужин и разговор внука с бабушкой.
    Пустила слезу старушка, но потом тихо сказала:
    - Не век же тебе у моей юбки держаться - устраивай, внучек, свою жизнь.
    22 августа 1940 года Коля добрался в Гомель. Ребята из ФЗО стали родной семьей, а жизнь наполнилась новым и потрясающе интересным содержанием.
В народе упорно ходил слух - быть войне. Кто-то верил, кто-то боролся с паникерами. И вот она - как гром среди ясного неба.
    Учащихся ФЗО погрузили на грузовики и повезли в сторону Речицы: рыть окопы и ходы сообщения между ними на левом берегу Днепра от Речицы до Жлобина. Попали под бомбежку. Так Коля встретил войну. Вскоре его призвали в армию.
    ...Восточнее Москвы, в поселке Верея, колонну новобранцев завели за железные ворота. Вокруг гарнизона забор из непроницаемых щитов высотой в два метра. На построении объявили: “Вы отобраны на спецкурсы подготовки диверсионно-разведывательных групп с заброской в тыл противника”.
    Группа № 7 в составе 20 человек ненастной апрельской ночью была заброшена самолетом  Ли-2 западнее Калуги.
    Целый год они в условиях “дикого” проживания, часто меняя места дислокации, умело держали под прицелом участки железных дорог от Сухиничей до Калуги и далее до Кодрово. В центр летели радиограммы, сообщавшие о сосредоточении воинских эшелонов немцев. Советские бомбардировщики тяжелыми фугасами уничтожали цели. В бешенстве метались гитлеровцы, выискивая группу, не раз были и смертельные стычки, в которых гибли и наши бойцы. К апрелю 1943 года в группе № 7 осталось лишь пять боеспособных бойцов и раненая радистка. Из-под носа карателей удалось вывезти остаток группы из вражеского кольца.
    Госпиталь. Усиленное питание и лечение. Рядового Дегтярева наградили медалью “За отвагу” и орденом Красной Звезды. Его зачислили пулеметчиком в стрелковый полк 76-й гвардейской стрелковой дивизии.
Их дивизия, участвуя в форсировании Днепра ниже деревни Лоев, освобождала Брагин, Хойники. Пополнившись резервами, освободила Томашевку, Домачево и Малориту, форсировала Западный Буг и на польской стороне оказалась в тылу вермахта.
    ...Батальон комбата Малясова захватил с западной стороны Варшавский железнодорожный мост, тем самым перерезал гитлеровцам путь подброски резервов из Польши, а затем ринулся на взятие железнодорожного вокзала Брест-Центральный, в котором засели эсэсовцы дивизии “Викинг”, влившись в другие части советских войск, штурмовавших город. Последний бой закончился в руинах Брестской крепости.
    ...Поздняя осень в Польше не радовала погодой. Затяжные дожди, туманы, пронизывающий ветер со стороны болот. Немцы отбивались остервенело, не жалея мин, снарядов и пулеметных очередей. Рядовой Дегтярев в атаке с ручным пулеметом бежал к траншеям врага на фланге взвода. Со всех сторон поднимались от взрывов фонтаны земли. Уже у самой траншеи противника Дегтярева свалил взрыв гранаты.
    ... - Где я? Куда везете? Что со мной? - шептал Николай.
    Наклонившийся к нему человек в белом сказал:
    - Санитарный  поезд следует во Владимирскую область, в госпиталь. Крепись, солдат, и больше спи - экономь силы.
    Кризисные дни тяжелораненого Дегтярева тянулись долго и тяжело. В минуты беспамятства раненый рвал на себе бинты, пытался встать и, как ребенок, плакал.
    Прошло еще полгода, прежде чем к солдату стали возвращаться силы. И как-то динамик на стене восторженным голосом Левитана сообщил: “Пал Берлин! Победа!”. Раненые от радости стучали костылями по тумбочкам, спинкам кроватей, кричали “Ура”. Николай Дегтярев смотрел на них и впервые за столько времени, кажется, улыбнулся. Позвал сестру:
    - Тосенька! Это правда, что пришла наша Победа?
    Получив утвердительный ответ, он вдруг осознал свою личную трагедию.
    - Как же я буду жить без ноги, Тося?..
Полешуки и полесская земля проводили победный сорок пятый. В землянках уже встречали март сорок шестого.
    В один из таких дней у разрушенной бывшей лавки  остановилась зеленого цвета  полуторка. Из кабины стал выбираться солдат в зимней шапке с суконным верхом. Выставил на землю новенькие костыли, следом одну ногу в кирзаче. Помахал шоферу.
    Мимо проходил коренастый молодой человек в солдатской серой шинели. Левый рукав пуст, засунут в карман шинели. Остановился:
    - Никак Коля Дегтярев вернулся? Узнаешь меня, одноклассник?
    - Степан?! Спасибо, что не прошел мимо! Вижу, и тебя война отметила.
    И они по-братски обнялись. Два солдата, два инвалида.
    - Вот стою перед пепелищем. Не верится мне, что здесь были когда-то наше родное село, школа, лавка, колхозная ферма, - сказал Николай, пряча от Степана повлажневшие глаза.
    - Сегодня, Николай, половина Советского Союза в бинтах, в гипсе, на костылях и с палочками, ютятся в землянках при бедных харчах, а вокруг них вот такие же пепелища. Но не горевать же нам, оставшимся живыми?! Значит, нам суждено из пепелища поднимать село, сеять и убирать хлеб, косить сено, растить детей. Да чего это мы тут с тобой стоим? Идем в мою землянку! - пригласил Степан.
    В землянке сумрачно, но тепло. Трещали в “буржуйке” горевшие дрова.
    Бывшие солдаты пили самогон, хрустели  солеными огурцами. Самогон их не пьянил.
    По ступенькам в землянку послышались торопливые шаги бегущего человека. Степан и Николай отставили стаканы. На пороге появилась дивчина в фуфайке, на голове теплый клетчатый платок, в кирзовых сапогах. Горящие девичьи глаза на юном лице. От порога бросилась обнимать Николая.
    - Живой?! Вернулся!
    Николай попытался встать и обнять девушку. Погорячился, уронил костыли. Запрыгал на одной ноге, со стоном сел на табуретку.
    Увидев все это, Ева испугалась. Зажала рот ладошкой. И тут же поправилась. Подняла с пола костыли и отдала их Николаю.
    - Ну и что, что на костылях? Родной мой, Колюшка! Я не откажусь от тебя никогда, милый мой человек! А теперь давай помогу надеть шинель и пойдем в мою землянку! Бабку-то твою мы давно похоронили.
На самодельном столике горела керосиновая лампа, освещая часть землянки, на кровати лежала бабушка Евы. Пили чай, заваренный веточками малины. Ева от радости разоткровенничалась:
    - Коля, как мне хочется иметь ребеночка! А то и две девочки и два мальчика. Вырастим! Мы молодые!
    Николай отодвинул кружку с чаем, тяжело вздохнул:
    - Не будет у нас с тобой, Евушка, ни девочек, ни мальчиков... От взрыва мины я не только стал безногим. Короче - отцом мне не быть... И вообще - зачем тебе такой - калека?
    Ева от неожиданной вести сжалась в комок, дрожала вся. Ее понять можно было: боролись в ней  два чувства - радость встречи с дорогим человеком и боль от сознания, что ее любимый уже никогда не сможет стать отцом родных детей.
    - Мы с тобой еще со школьной скамьи повенчаны, срослись навсегда. Ты мне люб, какой есть! - тихо, но твердо и искренне сказала Ева.
    Николай крепко обнял ее. Слезы текли по его небритым щекам. Счастье переполняло его истерзанные тело и сердце.
На доме № 8 по улице Маяковского, в котором жили Дегтяревы,  благодарный город закрепил памятный знак: “Здесь живет почетный гражданин, участник освобождения города Бреста  Дегтярев Николай Павлович!”
    Дружно, счастливо прожили вместе Дегтяревы 61 год. Недавно ушли из жизни. Отпели им полесские жаворонки и соловьи, отцвели подснежники, отпылали зори - дорогим моему сердцу Николаю Павловичу и Еве Алексеевне Дегтяревым.
    Светлая им память!
Автор
Михаил НАЗАРЕНКО

Комментарии

Оставить комментарий:

Ваше имя
Введите имя (псевдоним), под которым будет опубликовано сообщение
Ваш e-mail
Необязательное поле. Введите свой e-mail если желаете получить уведомления об ответах
Текст сообщения
Я Согласен с правилами размещения комментариев Прочитайте правила и поставьте флажок, если согласны с ними
turing image
Каптча Нам важно знать, что Вы человек!